IRK.FM - Сарафанное радио Иркутска

"Музыка - как любимая женщина — никого больше не терпит: либо я, либо все остальное".

В последний месяц уходящего 2010 года наш город с очередным концертом посетил уже полюбившийся многим иркутянам новосибирский этнодуэт Sandal - Евгения Жуковская (вокал) и Дмитрий Ржаницын (перкуссия), а для друзей и хороших знакомых Жужа и Петрович. В их репертуаре песни на древнеперсидском и древнееврейском, арабском и русском языках, на урду и хинди, панджаби и санскрите, на языках африканских племён и сибирских народов, а также авторские композиции. В целом, стиль коллектива можно охарактеризовать как world fusion. О творчестве, гастролях, увлечениях ребят мы решили расспросить эту замечательную пару.

Irk.fm: Ребята, обязательно раз в год осенью или зимой вы приезжаете в Иркутск. У вас есть какой-то гастрольный график? Как часто и куда вы выезжаете из Новосибирска на гастроли?

Дима: Как нас позовут, так и выбираемся.

Женя: Приглашают музыкантов не часто, поэтому мы сами стараемся устраивать себе гастроли, зная, что в определенных городах нас уже ждут зрители. Обычно с мая по сентябрь участвуем в летних концертах и фестивалях. В это время домой мы приезжаем на недельку, а то и меньше, остальное время все в разъездах. Осенью и зимой немного поспокойнее. Осенью у нас начинаются сибирские города — это Красноярск, Томск, Омск, Иркутск. Раз в полгода — Москва и Питер. Ну и, конечно же, какие-то города посещаем впервые.

Дима: Самый северный город в наших гастролях был Сургут, самый восточный — Иркутск, самый южный — Сухум (Абхазия), а самый западный — Питер.

Irk.fm: Ваш зритель — какой он? Кто обычно приходит на концерты?

Женя: На наши концерты приходят люди совершенно разного возраста — от детей до пенсионеров, это люди разных вероисповеданий, разного пола, социального статуса, случайно и специально попавшие на наш концерт. Разве что людей младше 40 лет на концертах чуть больше, хотя бы потому, что это сам по себе активный зритель. Что удивительно, люди, пришедшие на концерт в первый раз, в дальнейшем становятся нашими постоянными зрителями. Мы рассказываем со сцены о простых вещах. Возможно, не всегда в доступной форме, но мы стараемся адаптировать музыку, делать её понятной для слушателя, но без ущерба для собственного музыкального развития. Мы говорим со сцены о простых человеческих эмоциях, и совершенно не важно какого возраста зритель и в каком городе он живет. Если он пришел на концерт, на котором музыканты искренне говорят о своих чувствах и чувствах героев своих песен, наверное, он с удовольствием придет и во второй раз.

Irk.fm: Женя и Дима, немного истории. С чего началось ваше увлечение этнической музыкой? 

Женя:  Моё увлечение этнической музыкой началось с работы в Новосибирском драматическом театре С. Афанасьева, то есть лет 13   назад. В театре существовал ансамбль «Джембе» под руководством прекрасного музыканта Игоря Тюваева. Когда я только попала в театр, ансамбль «Джембе» как раз делал одну из своих первых программ, которая была посвящена восточной этнической музыке, а я туда попала как вокалистка. Я с удовольствием тогда начинала с разбора песен группы Dead Can Dance (этнический австралийский музыкальный коллектив, исполняющий древние песни разных народов на мертвых или вымышленных языках – от irk.fm), с аутентичных восточных мелодий, цыганские песни стали мной тогда впервые осваиваться как тоже нечто экзотическое - народная культура с красками восточной музыки. Было очень интересно, на меня это произвело огромное впечатление. Все это слилось, и оттуда пошло увлечение этнической музыкой. Потом через несколько лет в ансамбле появился Дима. Но его  увлечение этнической музыкой началось задолго до нашего знакомства, наверное, с увлечением музыкой вообще. А «Джембе» - это был «волшебный пендель», для того, чтобы мы вдвоём серьёзно занялись мировой музыкой.

Дима: В 2005 году Игорь Борисович приехал из Австрии с большим количеством аутентичных африканских нот с текстами, которые он нашел в какой-то австрийской библиотеке. И, конечно же, тогда он с огромным удовольствием сделал африканскую программу с артистами-музыкантами, потому что актеры театра Афанасьева очень музыкальны. Тогда появился интерес именно к африканской народной музыке.

Irk.fm: Вы встретились в «Джембе»?

Дима: Нет, гораздо раньше. «Джембе» - это наше пересечение в этнической музыке. Я одно время играл с двумя очень хорошими гитаристами, у нас было трио El Sur. Мы играли латиноамериканскую, бразильскую, испанскую музыку, фламенко. Это было в конце 90-х. Мы устроились с ребятами работать в ресторан «Мехико». И там у нас появилась мысль найти вокалистку.

Женя: А в это время мы с моей напарницей уcтроились работать в этот ресторан, и нам очень нужны были музыканты, чтобы реализовывать наши планы и идеи. Там и встретились на фоне латиноамериканской музыки.

Irk.fm: А где же это все сейчас, фламенко, например?

Женя: Увлечение такой музыкой никуда не делось, мы потихоньку к этому идем. Одно дело ребята, которые играют фламенко очень много лет, другое дело я, которая фламенко не касалась никогда, но просто безумно любила. Пожалуй, это самое сложное из всей музыки, до которой мне когда-либо приходилось дотрагиваться. Я только начала этот путь, не знаю, когда это случится, но я к этому стремлюсь.

Дима: Чтобы иметь такой голос для исполнения надо быть как минимум испанкой ….

Женя: Либо долго пить и курить (смеется). Как показывает опыт наших коллег в Москве, фламенко может петь русская женщина — замечательно, красиво, очень оригинально. И для исполнения не нужен какой-то особый сиплый - хриплый голос. Но на это нужно положить очень много труда. У меня пока столько времени и запала заниматься только фламенко не было. Возможно, когда-нибудь это случится.

Irk.fm: Первое выступление этнодуэта Sandal: где и когда это случилось? И какая композиция была исполнена?

Дима: Это было летом 2006 года на открытии выставки. У нас есть подруга-искусствовед Елена Ладик, она живет в Самарканде и периодически привозит в Новосибирск этнические выставки. Нас пригласили сыграть на открытии такой выставки, зная, что мы выступаем в составе «Джембе». И мы вдвоём исполнили композицию группы Dead Can Dance «Saldek». Но тогда еще не было названия Sandal. Выступив, мы подумали, что барабаны и голос - это клево...

Женя: ...и решили, что наконец-то мы можем делать сами свою любимую музыку…

Дима: ..и, главное, не нужно прилагать каких-то жутких усилий, потому что это было у нас в руках, в голосе. Было интересно, и делалось все легко. Потом Женя нашла информацию о фестивале «Барабаны мира», и свой отпуск в 2006 году мы провели за рулем машины — поехали в европейскую часть России на фестиваль. Там мы выступали как Жужа и Петрович — так нас зовут друзья.

Женя: На фестивале в палатке мы отрепетировали еще пару песен Dead Can Dance и выступили на гала-концертах на этом же фестивале в Самаре и в Тольятти. Там мы купили свой первый барабан джембе, нашли кучу прекрасных друзей и все пошло, поехало. Позже мы подумали над более сценичным названием, и так появился Sandal.

Irk.fm: Вы можете назвать себя русским Dead Can Dance?

Женя: Нет, конечно. У нас свое лицо, к счастью.

Irk.fm: Как в целом можно охарактеризовать ваш стиль?

Женя: Дело в том, что мы — музыканты, голодные до хорошей музыки, до всего нового. Мы все время удивляемся, когда узнаем что-то новое и никогда не ограничиваем себя. И свое музыкальное направление даже не можем назвать каким-то определенным словом. Сначала мы увлеклись восточной музыкой, африканской, немного арабской, персидской. Съездили в Индию и оттуда привезли огромный индийский музыкальный багаж. Потом была поездка в Турцию, и т.д. У нас появились друзья - арабы, молдаване, тувинцы, индийцы, турки, латыши, татары... После некоторых поездок на сибирские фестивали мы заинтересовались сибирской музыкой. Было бы глупо себя ограничивать в чем-то, поэтому пока своего какого-то конкретного этнического направления мы не выбрали.

Дима: Не только направления, но и стиля. Если со стороны смотреть, не вникая, - у нас просто винегрет непонятный - все подряд свалили и радостно исполняем. Но нам это интересно, и зрителям на концертах тоже.

Женя: В любом случае, это становится нашим творчеством, преобразуется через нас, через наш музыкальный опыт. А мы играли музыку самую разную: джаз, блюз, рок. Это все было до дуэта и есть сейчас. Параллельно с Sandal мы занимаемся и другой музыкой, участвуем в разных проектах, потому что было бы скучно заниматься каким-то одним направлением.

Дима: Хочу добавить, что мы много играли джаз. Джаз — это тоже относительно этническая музыка, африканская и латиноамериканская. Перед тем, как мы вылились в дуэт, у нас был очень интересный опыт создания этно-джазового коллектива «Дети солнца». Это был непростой проект, потому что помимо композиций с вокалом мы брали сложные инструментальные композиции (Раби Абу-Халиль, Ян Гарбарек, Дживан Гаспарян, Бобби Макферрин) и передавали через свое восприятие. Можно сказать, что это был еще один толчок для создания нашего этнического дуэта.

Irk.fm: Чем вы занимаетесь в свободное от концертов время?

Женя: Наверное, стоит сказать, что раньше параллельно с музыкой мы занимались разными другими вещами, не относящимися к музыке, проще говоря, зарабатывали деньги. Но мы поняли, что нужно посвящать себя только музыке, так как по-другому невозможно полностью реализоваться.

Дима: Музыка, ведь она как любимая женщина — никого больше не терпит: либо я, либо все остальное...

Женя: Ей надо отдаться полностью — женщине (смеется) и музыке. И мы стали заниматься только музыкой и творчеством вообще. Через какое-то время после поездки на «Барабаны мира» у Димы возникло жгучее желание организовать студию этнических барабанов. В то время в Новосибирске ничего подобного не было, кроме ансамбля «Джембе», который давал в театре концерты. И было бы очень здорово эту культуру в город привнести. Поскольку имелся некий опыт, много друзей, немножко обучения и самообучения, то мы начали, не много ни мало, с тренингов. Это были тренинги, в основном ориентированные на тим-билдинг, на командообразование с помощью барабанов. Мы приобрели наши первые 20 африканских барабанов, и начали работать с людьми, используя барабан как инструмент для общения и для музыкальной реализации. После некоего количества опыта в проведении тренингов, посещения фестивалей, где мы получали музыкальный и ученический опыт, мы набрались смелости и организовали студию этнических барабанов Ethnodrum. Мы все это воспринимали как наш подарок Новосибирску, так как город достаточно попсовый и почти ничего интересного и экзотического до сих пор не было. Студия и сейчас успешно функционирует - проходят занятия, барабанные круги, тренинги. Помимо этого существует еще несколько музыкальных коллективов, в которых мы периодически принимаем участие - это наш родной любимый театр под руководством Сергея Афанасьева, в котором мы тоже в разных ипостасях участвуем - пишем музыку для спектаклей, играем в музыкальных спектаклях как артисты и музыканты. Это филармония, где мы периодически в качестве солистов и приглашённых музыкантов выступаем с разными коллективами – джазовыми, симфоническими. Не считая каких-то разовых проектов, которые, к счастью, случаются в нашей жизни.

Дима: Наш друг, который основал одну из школ сальсы в Новосибирске, попросил меня разработать музыкально-танцевальный тренинг по общей ритмике для танцоров. Как выясняется, это тоже достаточно больная тема в нашей стране, потому что ритм у нас вообще не в культуре. Тренинг получился достаточно интересный — при помощи барабанов люди прочувствовали музыку, ощущение такта, доли, а потом все это проецировалось в танец.

Женя: Обычно в поездках, когда нас приглашают с концертами, мы стараемся всегда проводить мастер-классы - по барабанам, по актерскому мастерству, по разным другим искусствам. Например, я еще увлекаюсь мехенди (росписью по телу хной). И это еще как одна краска этнических культур в нашу программу вкладывается.

Irk.fm: Женя, а где ты училась мехенди?

Женя: Нет ни одного учебного заведения, в котором бы обучали этому искусству - это передаётся, как традиция.

Поэтому мне самой пришлось учиться мехенди (или менди) — по книгам, переводам зарубежных статей (так как в Европе и Америке популярна роспись хной), это общение с индийскими, арабскими, египетскими друзьями.

Конечно, я перепортила кучу хны, одежды, кожи, но постепенно вырисовывался какой-то взгляд на это дело и появлялся опыт.

Цель моих мастер-классов, постепенно сформировавшаяся - показать любому человеку, что необязательно быть художником, чтобы украсить свое тело или тело другого человека красивыми узорами со смыслом или просто для красоты. Кроме мехенди, сейчас я увлекаюсь еще хэнд-мэйд бижутерией.

Irk.fm: А можно поподробнее?

Женя: Это мое личное увлечение, не знаю, кого мастер-классы по бижутерии могли бы удивить или заинтересовать, но я получаю огромное удовольствие от этого процесса, делая украшения не только для ежедневной носки, но и украшения необычные - из этнических материалов, таких как дерево, кокос, из африканских бусин ручной работы. Африканские бусины делают сейчас сами африканцы, мы их привозим оттуда. Они называются trade beads или торговые бусы.

Когда-то итальянцы из Венеции везли огромными кораблями бусы в Африку, обменивая их на рабов. Африканцы не очень любят вспоминать это. С тех времен осталось много бусин, они винтажные и стоят достаточно дорого. Эти бусины я с удовольствием использую в своем творчестве, потому что они ручной работы, индивидуальны, сделаны из стекла. Вообще, ко мне можно прийти с любым костюмом, и мы придумаем для него украшения. В этот раз в Иркутск я привезла целую коллекцию, и она пользовалось большим спросом. Спасибо всем, кто будет носить мои украшения.

Irk.fm: Возвращаясь к музыкальному творчеству, есть ли у вас любимые композиции, которые выделяете вы и зрители?

Дима: Сложно сказать. Ведь как мы подбираем репертуар? Мы находим песню, обалдеваем от нее, ищем всю информацию - переводы, историю. Поэтому нельзя сказать, что у нас есть какие-то проходные песни, лишь бы заполнить время. Иногда даже приходится скрепя сердце выбрасывать что-то из концерта. Я не могу сказать, что какие-то песни недолюбливаю. Есть, конечно, предпочтения, но не настолько они ярко выражены. Каждая песня глубоко проживается нами.

Женя: Как у любых артистов, у нас есть вещи, которые мы исполняем на каждом концерте, например Dildara. Есть композиции, которые выделяют зрители - приятно, что эти вещи на русском языке и они сочинены нами под влиянием этнических культур. В каждую песню мы вкладываем частичку себя. Вот, например, есть у нас эвенкийская песня — ее мы первый раз услышали в исполнении нашего друга Саяна Андриянова. А он нашел ее в записи в исполнении какой-то древней эвенкийской бабушки и сделал свое виденье песни. Нам эта композиция тоже понравилась, мы взяли запись, только вот информации по тексту у нас никакой не было. Я прочитала эвенкийскую сказку и мне показалось, что она очень хорошо подходит под атмосферу этой песни. Поэтому я с удовольствием рассказывала людям, как я вижу, о чем эта песня. А потом мы вышли на ребят, которые занимаются эвенкийской культурой, и нам сделали два немного разных перевода этой песни.

Irk.fm: Нам показалось, что на последнем вашем концерте было больше акустических вещей?

Дима: Всегда хочется, чтобы ты меньше зависел от фонограмм, ведь когда в выступлении задействован компьютер, это ограничивает исполнителя, так как есть заранее заданная форма, темп. Чем как раз и ценны живые выступления - ты выходишь с каким-то уникальным настроем и каждый раз у тебя песня отличается от предыдущего исполнения. Поэтому мы стараемся как можно меньше использовать электронику, но не в ущерб, конечно, разнообразию нашего звучания. Мы программу стараемся строить так, чтобы были композиции с акустикой и немного с электроникой.

Женя:  Но если мы используем электронику, то делаем это с удовольствием и по полной программе.

Дима: Считается, что работа под минус - некая ущербность, но на самом деле сейчас во всем мире это обычная практика, и звезды этнической и любой другой музыки это используют, и зрителями всё хорошо воспринимается. Те же Dead Can Dance, John McLaughlin, Trilok Gurtu, Robert Plant. Это просто еще один инструмент. Мы используем разные инструменты, и если для песни достаточно барабана и голоса, значит мы исполняем ее так.

Irk.fm: Как проходит процесс записи песен?

Дима: Некоторые песни записываются очень быстро. А с некоторыми песнями по-другому: дело в том, что я не композитор, а Женя не аранжировщик, поэтому у нас бывают иногда проблемы. Женя мне напевает или в музыкальной программе делает набросок песни, а я это должен воспроизвести так, как нам обоим понравится. Иногда доходит до творческих ссор, но это нормально.

Женя: Моя крылатая фраза: «Я хочу, чтобы бас звучал как самовар, который падает в воду». Дима должен найти нужный звук или как-то его сделать. Я понимаю, что это сложно, потому что я песню вижу образно, а ему нужно ее конкретно воплотить.

Irk.fm: У Sandal есть конкуренты?

Женя: Нет, никто не играет подобную музыку. Может даже если бы и появились такие люди, нам было бы интересно.

Дима: Есть ребята, которые занимаются индийской музыкой, арабской, то есть работают в каком-то конкретном направлении. Мы занимаемся всем, чем нам нравится.

Irk.fm: Напоследок несколько слов иркутянам:

Дима: Спасибо, что мы вам интересны, что вы нас ждете и приглашаете.

Женя: Мы с радостью еще к вам приедем с новыми песнями! И еще — не бойтесь заниматься тем, что вам нравится!

От Irk.fm: совместное творчество Юрия и Светланки

Фотоальбом с последнего концерта Sandal можно посмотреть здесь